Духовная поэзия

Здесь могут быть и Ваши стихи. Присылайте. 
223152@bk.ru

 


(Автор неизвестен)

* * *  

Говорят, без Бога легче жить.
Спорить я не буду. Может быть.
Ведь без Бога – широка дорога,
Можешь всё, что хочешь ты творить.

Можешь красотой своей хвалиться
И себя всё больше украшать.
И к богатству, почестям стремиться.
И своей лишь плоти угождать.

Но настанет с жизнью час расстаться,
Ты о чём подумаешь тогда?
О наживе? Почестях? Богатстве?
Бога, вспомнишь ты, наверняка.

Страшно будет перед дверью смерти
Одному тогда тебе стоять.
Ты без Бога жил на этом свете
И без Бога будешь умирать.

Выбирать ты должен сам дорогу,
Я лишь об одном хочу сказать:
Может быть и легче жить без Бога,
Тяжело без Бога умирать.

 


Ангелина Бирюкова 
Нижний Новгород


Великий пост 

Теплом дохнуло,.. снег осел, 
Подернулся хрустящей коркой наста, 
И зачирикал смело воробей. 
Весна идет, а с ней идёт и Пасха. 
 
И предваряя Праздник Торжества 
Великого людского пробужденья, 
Настали дни Великого поста 
И время покаянного спасенья. 
  
Повсюду полумрак и тишина, 
И чёрные во храмах одеянья. 
Звучат торжественно бессмертные слова 
Великого канона-покаянья. 
  
Смирение и скорбь, и даже слезы 
И вздох тяжелый «Господи, прости...». 
Епитрахиль, желанное «прощаю»… 
От аналоя трудно отойти. 
  
Весна идет, дни радости настали 
И хоть земля еще, как Лазарь в гробе спит, 
Но за Христом опять уже послали 
И скоро ангел Пасху вострубит.

 

Эдуард Галкин, 
г. Калининград.

                                    
Зима на погосте
    
Зима на погосте. Сугробы навьюжены.
Под саваном снежным могилы, кресты.
Между оградок тропинки нахожены,
Бродячих барбосов и кошек следы.

Вокруг тишина, успокоенность вечная.
Серый и скучный по-зимнему лес.
Тучи ползут чередой бесконечною,
Снежными хлопьями сыплют с небес.

В снегу на надгробье гвоздики застылые,
Под снежною шапкой букет хризантем.
В гранитном портрете черты твои милые
С улыбкою доброй и памятной всем.

Поменяли цветы…, засветили лампады…,
Возносим молитву за упокой…
Прости, дорогая… Что делать!? Так надо,
Ты здесь остаёшься, мы – едем домой.

 

Здесь поминаем мы ушедших
  
Канун. Мерцают восковые свечи
Перед подножием Распятия Христа.
Не говорят здесь громко речи.
Лишь только шёпот. И смыкаются уста.

Здесь поминаем мы ушедших
В мир, нам неведомый, иной.
Свой грешный путь земной прошедших,
Хотя греха не знавших за собой.

Не нам судить, кто свят, кто грешен.
На то Творец нас всех Судья.
Любым решеньем будь утешен,
 В Его руках судьба твоя.

 


 

(Автор неизвестен)

* * *
В жаркой пустыне, под солнцем сгорая 
Шёл старец седой с ним старуха слепая.
Сума за плечами и в горле песок
Шли молча, мечтая: – воды бы глоток!

Прекрасный оазис возник перед ними,
Как райские кущи с вратами резными.
Приказчик сидит на скамье у ворот
И сыт и одет, но с ухмылкою рот.  

– Входи, – говорит старику, – это Рай, 
Что только желаешь себе выбирай.
Но только старуху оставь у ворот.
И снова скривило усмешкою рот...

Слепую слезу у жены вытирая
И ей в утешенье слова подбирая,
Сказал, что мираж перед ними возник.
– Пойдём, дорогая, уж скоро родник.

На сей раз, дорога его привела
К простому крыльцу – «ни двора, ни кола».
Хозяин приветлив, гостей напоил
Обоим дал хлеба, и спать уложил…  

– Спите спокойно, – сказал, – Вы в Раю.
Коль не оставил старуху свою.
Вечное Царствие Вам на двоих.
В Рай не пускают, кто предал своих!

 


Татьяна Шорохова
Нижний Новгород.

Христианка

На шее – ниточка с крестом.
В морщинках пальцы рукодельные.
Сирень простая под окном.
У власти – нехристи удельные.

И надо горе горевать,
И нужно му/ку перемалывать,
И зло любовью покрывать,
И сирот милостынькой жаловать.

Достав белёхонький платок,
Накинет на седины строгие
И станет в храме в уголок:
У Бога в церкви все убогие.

И будет плакать о грехах,
Просить у Господа терпения,
И растворять житейский страх
В потоках ангельского пения.

Среди окладов золотых
Преодолеет ношу ветхости
В молитве тёплой о родных,
В мольбе о сиротах и нехристях.

И мирно унесёт домой
От свеч истаявшей янтарности
Христом обещанный покой
И слёзы тихой благодарности.

* * *
Не за харчи, не от обид,
В общаге старой – не в обители –
Я стала Родину любить,
Когда вокруг возненавидели.
До преисподней всей земли
Расколотая перебранками,
Она лежит – и ковыли
Тускнеют над её останками.
Дрожа предчувствием осин,
Чернея ягодой-смородиной,
Мне до кончины голосить
Над изуродованной Родиной.
То причитая, то без слов
По-бабьи отпевать запретную
Мою горючую любовь –
И позднюю, и безответную...

 


Э. Губер.

БИЧЕВАНИЕ ХРИСТА

Зачем озлобленной толпой,
Беснуясь в ярости слепой,
Народ по улицам теснится?
Или во имя Бога сил
Среди поруганных могил
Проснулся бедный Израиль
И жаждой мщения томится?

Куда, волнуясь и шумя,
Идёт, оружием гремя?
Не на молитву в дом Иеговы
В урочный час выходит он,
А в дом суда, где гегемон,
Казнить и миловать готовый,
Творит расправу и закон.

Сходя с высокого порога,
Невольным ужасом томим,
Пилат на страждущего Бога,
Смутясь, указывает им.

Но крики грозные несутся:
«Мы не хотим Его! Распни!»,
И вопли гнева раздаются,
И смерти требуют они.

Пилат смутился пред толпою –
И вот с высоких ступеней
К врагам страдальческой стопою
Идёт великий Назорей.

Сошёл, на миг остановился,
И, да исполнится судьба! –
С улыбкой кроткой преклонился
Он у позорного столба.

Они же злобно в багряницу
Его с насмешкой облекли,
Вложили трость Ему в десницу,
Венец из терния сплели.

С угрозой руки поднимали,
Потом, с насмешкой преклонясь,
Они в глаза Ему плевали,
Бездушной злобой веселясь.

Толпою шумной окружили,
С крыльца высокого свели
И крест тяжёлый возложили,
И к месту казни повели.

 


Галина ЗАЙЦЕВА.
Москва.

* * *
Отчего сегодня белый лебедь,
Над водою низко пролетая,
Сильных крыльев мерный взмах замедлил
И с тоскою поглядел на стаю?

Что ж за сила пошутила злая,
Так тревожиться заставив птицу,
Растеряться в полпути, не зная –
Продолжать его, иль воротиться?

Непонятной силы приближенье
Приказало бедной торопиться,
Словно лебедь видит в отраженье,
Как со всеми скоро он простится...

 


Александр Зацепа, 1944 г.

МОЛИТВА УВЕРОВАВШЕГО ВОИНА
(Найдена в шинели солдата,
убитого на финском фронте во 2-ю
Великую Отечественную войну).

Послушай, Бог... Ещё ни разу в жизни
С Тобой не говорил я. Но сегодня
Мне хочется приветствовать Тебя.
Ты знаешь... с детских лет всегда мне говорили,
Что нет Тебя... и я, дурак, поверил.
Твоих я никогда не созерцал творений.
И вот сегодня ночью я смотрел
Из кратера, что выбила граната,
На небо звёздное, что было надо мной;
Я понял вдруг, любуяся мерцаньем,
Каким жестоким может быть обман.
Не знаю, Боже, дашь ли Ты мне руку?
Но я Тебе скажу, и Ты меня поймёшь.
Не странно ль, что среди ужаснейшего ада
Мне вдруг открылся свет, и я узнал Тебя.
А кроме этого мне нечего сказать.
Вот только – что я рад, что я Тебя узнал.
На полночь мы назначены в атаку,
Но мне не страшно: Ты на нас глядишь.
Сигнал... Ну, что ж, я должен отправляться...
Мне было хорошо с Тобой... Ещё хочу сказать,
Что, как Ты знаешь, битва будет злая,
И, может, ночью же к Тебе я постучусь.
И вот, хоть до сих пор я не был Твоим другом,
Позволишь ли Ты мне войти, когда приду?
Но, кажется, я плачу. Боже мой, Ты видишь,
Со мной случилось то, что ныне я прозрел.
Прощай, мой Бог... иду... и вряд ли уж вернусь.
Как странно, – но теперь я смерти не боюсь.

 


Галина ГЛУХОВА.
г. Нефтеюганск.

Одна из девяти заповедей

Никогда не суди другого
И не будешь судим ты сам.
Ни ущербного, ни хромого...
Предоставь это Небесам.

Обливая словами, как грязью,
Чью-то душу смешав с дерьмом,
Задыхаясь от неприязни –
Ты становишься мерзким злом.

Не ищи расчёта чужого
Ты в поступке совсем простом,
Никогда не суди другого –
Будет чистым тогда твой дом!

Ещё из заповедей

Не пожелай жены другого
И похотью не оскорби.
Ах, похоть, что это за слово?
В нём нет и капельки любви,

Кипенье в нём животной страсти
И сладострастие утех,
И кто отдался в похоть власти,
Тот отвечает за свой грех.

Тому нет вовсе оправданья,
Что, дескать, был совсем сражён.
Знать, не чисты были желанья,
Раз похотью приворожён.

Мольба

Господи! Научи...
Меня молча сносить
И печаль, и обиды, и горе.
Научи меня, Господи, научи...
Не жалеть, не стонать, не спорить.
Господи! Помоги...
Удержаться уже на краю
И себе я – в себе говорю:
Помоги же, моги... моги!
Ах! Захлёстывает боль,
Колотит натужно пульс.
На губах и слёз соль...
И от крови сладок закус.
Я молча кричу в ночи,
Устремив в никуда взор –
Милый Господи... НАУЧИ
Жизни новой соткать узор.

 


Неонилла КИРИЛЛОВА.
г. Нефтеюганск.

Покаяние
Моё тело – соблазн,
Мои речи – искус,
На главе моей плат,
На распятье – Иисус.
Я – неверная дочь,
Я – заблудшая тень,
Убежавшая в ночь,
Потерявшая день.
Тонкой нитью молитв
Обретаю покой,
А душа так болит
От разлуки с Тобой.

Икона Божией Матери
С Тобой Дитя, но лик печален.
Твой скорбный путь ещё в начале.
Одной рукой к груди прижала
Всей жизни Суть, всего Начало.
Господь с Тобой!
И Ты молилась, чтобы пророчество свершилось,
Чтоб те спаслись – кто распинали,
Кто Сына Богом не признали.
Всё впереди: Голгофа, Воскресение
И долгий путь до радости Успения.

Покров
Жизнь опять обломала
Чуть подросшие крылья.
Было радости мало
Стало много унынья.

Но упорно взлетаю
Над мирской суетою,
Про себя повторяя
Твоё имя святое.

И напасти, и беды,
И болезнь, и страданье –
Всё с Тобою – победа,
Всё с Тобой – ликованье!


Татьяна КИСЕЛЁВА.
Нижний Новгород.

Ангел

Я представляю: нежный голос, ясный взгляд,
Накидки белой вниз упали складки,
И золотые пряди в дивном беспорядке
Нездешним светом над главой твоей горят.
Крыла легли бесшумно за спиной,
Но кажется, что вновь сейчас воспрянут.
Таким ты предстаёшь передо мной...
Какой же я перед тобой предстану?..

 


М. ИВАНОВ.

Люди
Я выпил слишком много книг,
Листом тетрадным вытер губы,
И получился черновик,
А в нём одно лишь слово – «люди».

И этим словом я вместил
Всё описание Вселенной,
Ведь Бог людьми соединил
Мир материальный и нетленный.

Бог положил любви Завет,
В котором нас к Себе зовёт,
И, пострадав в предсмертной муке,
Навстречу нам раскинул руки.

 


Автор мне не известен

Ржавчина
(Басня)

Однажды Ржавчина похвастаться решила:
– Я, знаете, большая сила!
Не что-нибудь – железо разъедаю,
Такой могучей хваткой обладаю!
Хозяйству приношу огромный вред!
Тут Нравственная гниль её спросила:
– А души, души разъедать умеешь?
– Нет.
– Ах так! Чего ж ты языком звонила?
А я вот души разъедать могу.
Не лгу.
Когда найду ущербную натуру,
То тут уж не ударю в грязь лицом!
Забудет человек про совесть, про культуру,
Ворюгой станет, хамом, подлецом.
Ну, что ж ты, милая, поглядываешь мрачно?
Теперь уж ясно, кто из нас сильней!

И мы, пожалуй, согласимся с ней:
Хоть зла немало причиняет ржавчина,
Духовная коррозия страшней!

 

 


Иеромонах СЕРАФИМ.

СОЛОВЕЙ

Ты не пой, соловей,
Возле кельи моей,
Не мешай, соловей,
Ты молитве моей.

Не свисти вечерком
На заре под окном,
И молитве моей
Не мешай, соловей.

Ах, зачем вспоминать,
Что стараюсь забыть,
И в душе возбуждать,
То, что не возвратить.

Я и так много лет
Безутешно рыдал,
Много бед и скорбей
С малых лет испытал.

Улетай, соловей,
Прочь от кельи моей,
И молитве моей
Не мешай, соловей.

Улетай поскорей
В те родные края,
Улетай, соловей,
Где отчизна моя.

И пропой песню там,
Как живу я в тиши,
Как люблю только храм –
Рай земной для души.

И скажи, что я слёз
Уж теперь не боюсь,
Только прежних грехов
И паденья страшусь.

Я хочу позабыть
Сей обманчивый свет
И решился здесь жить
До конца своих лет.

Прилетай, соловей,
Когда кончу я путь,
На могилке моей
Прилетай отдохнуть.

Прощебечь, как я жил,
И как скорби терпел,
Как скорбящих любил
И их в сердце жалел.

Прощебечь, как свой крест,
Данный Богом с небес,
Как бы дар дорогой,
Со смиреньем я нёс.

Прощебечь, как прощал
Всех врагов я своих
И Творца умолял
О прощении их.

И обиды, и грех
За врагов я терпел,
Вместо всяких потех
Я молился и пел.

Улетай ты к тому,
Кто любил здесь меня,
И скажи ты ему,
Где могилка моя.

Пусть вздохнёт со слезой,
Вспомнит, кто здесь лежит,
Со святыми покой
Для меня отмолит.

 


Анатолий ЛЕМЕШКО.
г. Нефтеюганск.

Рождество Христово

Засияла звезда над Вифлеемом,
И запела земля и вся тварь.
Родился у Марии у Девы
И земной и небесный наш Царь.

Возрадуйтесь, грешные люди,
Открылось к спасенью окно,
Молитесь с верой и кайтесь
И вечно вам жить суждено.

Для вашего блага на землю
Бог Сына Христоса прислал,
Чтоб Он за грехи вас, неверных,
От ваших же рук пострадал.

Над городом ангелы пели,
И волхвы с поклоном пришли,
Чтоб Ирод не знал о Младенце,
Другою дорогой ушли.

Апостолы нам передали
Святое ученье Христа.
Храните его вы во веки
И детям вложите в уста.

Рождество Христово. 1995 год.

 

 


Евгений Санин.

Глаза России

Какого цвета у России очи?
Влюблённый скажет: соловьиной ночи
Солдат шепнёт: родного очага.
Моряк вздохнёт: они, как берега!..

А я скажу: у матушки России
Весной - глаза синей весенней сини,
А летом - зелены, как летний свет.
И всё-таки, какой же у них цвет?

В годину воин они - февральской вьюги,
В них видел враг колючий блеск кольчуги.
Когда ж пройдёт весенняя гроза,
Глаза России - радуги глаза!

Что же касается моей России взгляда,
То для него сравненья и не надо:
К любой из древних подойди икон
И посмотри на лики - это он!..

 


Иеромонах АФАНАСИЙ (Тихонов).
с. Пурдошки, Темниковский р-он, Мордовия.

* * *
"Вечность" - слово большое...
С камень египетской пирамиды.
Люди хотят жить вечно,
И не бывать седыми.

Люди хотят, как камни,
Жить на земле веками.
Только и камни время
Делает стариками.

Из стихотворения
на 12 псалом царя Давида

...И день и ночь терзание и мрак,
И день и ночь к Тебе взываю стоном:
– Доколе вознесётся гордый враг?
Доколе, Господи, доколе?

Да просветятся очи мои к жизни,
Да не усну во век для адской тризны,
Но да воскресну для Твоей любви...

На 133 псалом царя Давида

Рабы Господни, славите Его.
Взывайте вы, стоящие во храме.
В дому Господнем Господа восславим.
Рабы Господни, славите Его.
В ночи возденьте руки ко Святому.
И к Господу взывая всей душою,
Восславите Его, рабы Господни.
И да отступят силы преисподней,
Когда благословляет нас Господь
Всё сотворивший - Небеса и землю,
Который сына блудного приемлет,
Когда всем сердцем обратится он.

 

Рождество Богородицы

     "Едва Анна произнесла эти слова,
      предстал пред нею Ангел Божий:
      - Молитва твоя услышана.
      Ты зачнешь и родишь дщерь
      благословенную. Ею дастся
      спасение всему миру и
      наречется Она Мариею..." 
                              "Жизнь Богородицы".


Лазурью гремит сентября торжество.
В церквах повторяют тропарь и осанну –
Хор славит чету – Иоакима и Анну,
И дочери их, Мариам, Рождество.

В далеких веках вопрошал иудей:
"Что может быть доброго из Назарета?" –
Жизнь Божья свершается в срок, по Завету,
И судьбы сбываются силой идей.

Бессчетны те слезы, что Анной пролиты,
Бездетной женой из Давидова рода...
Но если бессильна земная природа,
Воздействует Слово и чудо молитвы –

Фаворским лучом в растворенную дверь
Врывается свет... Глас, певучий, как лира,
Ей шепчет: "Родишь ты пречистую Дщерь,
Ту Деву, что дарит Спасение миру."

Лазурью звенит сентября торжество.
Возносится в храме тропарь и осанна,
Мир славит чету – Иоакима и Анну,
И дочери их, Мариам, Рождество.